Ellenai (e11enai) wrote,
Ellenai
e11enai

Categories:

"Повесть о Сонечке". Немного текстологии

"Повесть о Сонечке" Марины Цветаевой пробивалась в советскую печать с трудом. Первая ее часть была опубликована в 3-м номере журнала "Новый мир" за 1976 год. И хотя в тексте были предусмотрительно сделаны купюры, повесть тут же навлекла на себя гнев ревнителей советской идеологической чистоты. В апрельском 16-м номере газеты "Литературная Россия" за 1976 год появилась реплика некого В. Рымашевского под названием "А зеркало-то кривое".

К сожалению, у меня нет сейчас под рукой текста этой заметки, поэтому приходится пересказывать по памяти. Помнится, автор недоумевал, как на страницах советского журнала могло появиться такое откровенно контрреволюционное произведение. Особенное возмущение вызвала у него сцена, где Сонечка обманывает красногвардейцев, чтобы пронести обед юнкерам, а также "эмигрантский анекдот о гробах, которые выдают при жизни". Далее автор говорил, что есть две Марины Цветаевой: одна тосковала по родине, писала "Челюскинцев", "Стихи к сыну", "Стихи к Чехии", и эту Цветаеву следует всячески поощрять и популяризировать, а другая клеветала на советскую власть, воспевала белогвардейцев и т. п., и вот эту вторую Цветаеву к страницам советской печати близко подпускать нельзя. Видимо, гневный отклик "Литературной России" сыграл свою роль: вторая часть повести появилась в "Новом мире" только в 1979 году.

В том же 1976 году, когда "Сонечка" появилась на страницах "Нового мира", полный текст повести был опубликован парижским издательством YMKA-press в книге "Марина Цветаева. Неизданное". Случилось так, что впервые я прочитала повесть в журнале, а только потом заполучила в руки книгу. Разумеется, мне стало интересно, какие места повести были выпущены "Новым миром", и я принялась сравнивать журнальный текст с книжным. Тут выявились некоторые мелкие расхождения, которые я отметила карандашом на страницах своего экземпляра "Неизданного". Хочу рассказать о них поподробнее.


Расхождения, возможно, объясняются тем, что журнальный и книжный тексты печатались по разным источникам: "Новый мир" использовал беловую рукопись "Повести о Сонечки", хранящуюся в РГАЛИ, а издательство YMKA-press получило в свое распоряжение экземпляр из Базеля, где первая часть представляет собой оттиск публикации в "Русских записках" в 1938 году, а вторая — машинопись.

Я пришла к выводу, что текст "Нового мира", несмотря на купюры, более точен.

Вот один пример. Из "Повести" мы узнаем, что Сонечка слово "серьёзный" произносила как "сериозный".

" — Марина! Я иногда ужасно вру! И сама — верю. Вот вчера, я в очереди стояла, разговорились мы с одним солдатом — хорошим: того же ждет, что и мы — сначала о ценах, потом о более важном, сериозном (Ее произношение.) — Какая вы, барышня, молоденькая будете, а разумная. Обо всем-то знаете, обо всем правду знаете... — Да я и не барышня совсем! Мой муж идет с Колчаком! И рассказываю, и насказываю, и сама слезами плачу — оттого что я его так люблю и за него боюсь — и оттого что я знаю, что он не дойдет до Москвы — оттого что у меня нет мужа, который идет с Колчаком..." ("Неизданное", с. 254.)

В публикации "Нового мира" весь этот крамольный пассаж с упоминанием Колчака выпущен, а слова "Ее произношение", заключенные в квадратные скобки, перенесены в другое место текста, выше:

"Потому что я потом когда-нибудь непременно выйду замуж! По самому сериозному [Ее произношение]: с предложением, с отказом, с согласьем, с белым платьем, с флер д'оранжем, с фатою..."

В "Неизданном" читаем в этом месте: "по самому серьёзному" (с. 236). Хотя в тексте "Русских записок" напечатано правильно: "сериозному".

Еще пример из первой части повести. Текст в "Новом мире":

"Ах, Марина! Марина! Марина! Какие они дикие дураки. (Я, все же изумленная: — Кто?) — Да те, кто не любят, сами не любят, точно в том дело, чтобы тебя любили. Я не говорю... конечно... — устаешь — как в стену. Но вы знаете, Марина (таинственно), нет такой стены, которую бы я не пролюбила!"

В "Русских записках" так же: "не пролюбила". А в "Неизданном" стоит бессмысленное: "которую бы я не пробила!" (с. 241.)

Вот еще расхождения в тексте, теперь уже из второй части.

Описание внешности Володи:

"Прямость — твердость. И даже — непреклонность. При полнейшей открытости — непроницаемость, не в смысле внутренней загадочности, таинственности, а в самом простом смысле: материала, из которого". ("Неизданное", с. 271.)

В "Новом мире" соответственно: "материала, из которого создан".

"Однажды я его, шутя, спросила:
— Володечка, а надоедают вам женщины с вашей красотой? Виснут?
Смущенно улыбаясь, прямым голосом: — М. И., на каждом молодом виснут. Особенно на актере. Волка бояться..."
("Неизданное", с. 274.)

В "Новом мире": "волков бояться..."

Вот те мелкие погрешности текста "Повести о Сонечки", на которые я обратила внимание. К сожалению, они до сих пор повторяются в многочисленных переизданиях. Хотелось бы дождаться научной публикации "Повести", да и всей цветаевской прозы и поэзии в целом.

Tags: Марина Цветаева, Сонечка Голлидэй
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments